«Что ждете от фестиваля?» — «Чего-то хорошего». — «Может, более развернутый ответ?» — «Тогда задайте более развернутый вопрос». — «Какие у вас ожидания от фестиваля и его программы?» — «Это, знаете, слишком развернутый вопрос».Открылся фестиваль фильмом «Воображаемые любови» Ксавье Долана. Режиссеру всего 21, а его первая же картина «Я убил свою маму» получила три второстепенных приза на Каннском фестивале и Гран-при на прошлогоднем «Завтра». В этом году Долан участвует вне конкурса. В дебютном фильме он разбирался в отношениях с матерью, теперь его герой вышел в свободное плавание и родители ему не помеха. Гей Франсис — молодой тусовщик и приятель аристократичной Мари. Они отлично ладят, пока оба не влюбляются в златокудрого Николя, который то ли сознательно водит героев за нос, то ли просто роковая натура. Сначала Франсис подкарауливает объект страсти у кафе, а Мари надевает роскошное платье, но вскоре соревнование за симпатии Николя превращается в войну, на которой все средства хороши.«Воображаемые любови» Мазуров назвал самым гламурным фильмом фестиваля, и это, пожалуй, главный недостаток ленты Долана.Картина затянута в угоду играм с освещением и очередной прогулке героини в образе Одри Хепберн. Однако все недостатки фильма искупает блестящий финал, который демонстрирует, что Долан не только умеет красиво преподнести молодое тело: любовь в его фильме оказывается подобна истории — первый раз это трагедия, но, повторяясь во второй раз, превращается в фарс.Картины конкурсной программы начинают показывать лишь в пятницу, а вот программу «Турбулентность» уже открутили.Но не отчаивайтесь: все фильмы можно будет увидеть еще не раз, вот только сеансы для «киноманской панк-программы, предполагающей радикализм», сплошь поздние и ночные.«Игры на дороге» для «Турбулентности» выбор достаточно странный: фильм вышел ни много ни мало в 1981 году, и ничего контркультурного в нем нет. Это язвительный австралийский триллер, а кем вдохновлялся режиссер Ричард Франклин, вычислить несложно, достаточно вспомнить прозвище героини — Хитч. Перевозящий мясо дальнобойщик Куид начинает подмечать странные вещи: его верная собака-динго с подозрительным ажиотажем принюхивается к мусорным мешкам у мотеля, из-за шторы выглядывает незнакомец.По радио передают о маньяке-потрошителе, и, когда двинувшись в путь, Куид обнаруживает, что за ним едет зеленый фургончик, герой складывает два и два в кровавый криминальный паззл.Может, его преследователь просто хиппи, павший жертвой живого воображения Куида, а может — серийный убийца. В любом случае это кино стоит посмотреть хотя бы ради молоденькой Джейми Ли Кертис времен «Хэллоуина» и британского юмора дальнобойщика, сыгранного Стэйси Кичем: «Мэм, если я вожу грузовик, это еще не значит, что я водитель грузовиков».«Гитлер в Голливуде» Фредерика Сойшера гораздо больше соответствует описанию программы «Турбулентность».Зрелище это одновременно актуальное (лента снята в модном жанре мокьюментари) и дикое: представьте Марию де Мейердуш, подружку Бутча из «Криминального чтива», которая делает документальный фильм о французской актрисе Мишлин Прель. Прель упоминает, что наибольшее влияние на нее оказали съемки в картине Луи Арамчека «Я тебя не люблю». Не слышали о таком? О нем не слышал почти никто: все пленки пропали, режиссер сгинул, и Мейердуш пускается на его поиски. Начинающийся как архивное расследование, «Гитлер в Голливуде» набирает обороты и трансформируется в киноведческий «Код да Винчи»: на поверхность всплывает мировой заговор против европейского кино с участием ЦРУ и МИ-5.Эта комическая мистификация поначалу не уступает «Выходу через сувенирную лавку» Бэнкси, но лишь пока у создателей фильма не отключается ирония и фантасмагорию не накрывает с головой пафосом.Лента заканчивается мини-интервью с Кустурицей, Андроном Кончаловским и Тео Ангелопулосом, которые в один голос говорят о том, что американская монополия сгубила европейский кинематограф.Может, это и вправду заговор, но зрителей на «Гитлере в Голливуде» было от силы человек 15. Остается надеяться, что все дело в позднем сеансе в разгар рабочей недели, а не в том, что пессимистический прогноз Мазурова относительно московского зрителя оказался верным.
Тeги:
«2morrow/3автра»,
Антон Мазуров,
Сергей Бодров-старший,
Ксавье Долан